Who is Mr. Бруман: как крендельный банкрот запускает ICO на $40 млн

Сам же Бруман должен был выступить поручителем по договору, но затем ситуация изменилась и основатель Minery сам выступил заемщиком.

«Когда у нас начались проблемы, я сказал Илье, что пора встретиться с этим его другом, которого я никогда не видел, и что я попытаюсь войти в положение, понять ситуацию и, возможно, даже предоставлю рассрочку, хотя, конечно, я уже тогда подозревал, что никакого друга никогда не существовало», — рассказал адвокат.

Когда в марте 2016 года произошел дефолт по всем ссудам, Гакенберг решил разобраться, на что именно пошли его средства, и запросил встречу с другом Брумана, который, скорее всего, был плодом воображения последнего, потребовав показать те самые контракты с «Роснефтью».

Как же так получилось, что адвокат одолжил $140 000 (заем выдавался в четыре транша), и при этом даже не подумал проверить слова Брумана и обеспечить дополнительные гарантии?

«Я полностью полагался на Илью, я ему доверял. Кроме того, «Роснефть» — очень большая компания и сотрудничество с ней казалось мне прибыльным предприятием. Вся информация о Брумане была исключительно положительной, его можно было «погуглить», он казался очень успешным бизнесменом и у меня даже в мыслях не было, что мои деньги могут ко мне не вернуться. Он внушал мне доверие», — подчеркнул Гакенберг.

Стоит отметить, что текст расписок по ссудам был составлен самим адвокатом и там было четко указано, что заемщиком является Илья Бруман, который в указанные сроки должен вернуть долг, несмотря ни на какие обстоятельства.

«Он всегда говорит четко, понятно и транспарентно. Он смотрит в глаза и не ведет себя как типичный мошенник, по языку тела которого можно понять, что он врет. Вы должны понимать, что это крайне открытый человек, он готов решать любые проблемы, готов разговаривать, он всегда на связи в Whatsapp и Telegram. Он не убегает и всегда находит объяснение своим действиям. Это не тот человек, которому свойственны косяки — по крайней мере, так кажется со стороны», — добавил адвокат.

Гакенберг сказал, что осведомлен об иске ООО «Шелли Проект» и решениях исполнительного производства, однако убежден, что на территории Российской Федерации с Брумана невозможно взыскать ни копейки, поскольку на него не записаны ни квартиры, ни машины, ни банковские счета, хотя, говорит адвокат, это далеко не означает, что он живет в маленькой съемной комнатушке и передвигается на гражданском транспорте.

В разговоре с ForkLog Бруман подтвердил, что официально не владеет никаким имуществом в РФ, поскольку его могут взыскать в счет непогашенного долга, поэтому все записано на членов семьи.

Суд по дефолту Брумана по ссудам состоялся в Израиле, поскольку впервые об инвестиционном сотрудничестве с Гакенбергом они договорились именно там, когда адвокат оказывал ему юридические услуги. Противоположная сторона отрицает, что такое имело место и уверяет, что Гакенберг намеренно исказил факты, чтобы судиться на территории Израиля.

Защита заемщика настаивала на том, что договор займа был не совсем договором займа, а скорее поручительством, поскольку адвокат якобы знал, что одалживает деньги некоему другу (Сергею), несмотря на то, что средства были переведены на счета Брумана, вспоминает Гакенберг.

Когда первая версия провалилась, юристы Брумана, утверждает истец, начали убеждать израильский суд, что по российскому законодательству сроки возвращения займа не имеют никакого значения и что он мог отдать деньги хоть через 20 лет.

Затем они заявили, что у израильского суда нет юрисдикции в этом деле, и, по словам Гакенберга, использовали еще очень много «странных и фантасмагорических юридических аргументов».

На вопрос ForkLog, был ли действительно дефолт по ссуде, Бруман сначала ответил:

«Я бы сказал, что было предложение по реструктуризации или рефинансированию, а также частичному погашению. Я бы не хотел сейчас вдаваться в то, что происходило потом. Анатолий себя повел неадекватно в той ситуации, спровоцировал реакцию», — подчеркнул он, однако затем все таки признал: «…был [дефолт]…». Контакты и полное имя своего друга (Сергея) Бруман предоставить отказался.

После трехмесячных баталий, на протяжении которых Бруману был временно ограничен выезд из Израиля (гражданином которого он также является), на очередном заседании судья заявил, что закрывает дело немедленно.

«Судья фактически склонил нас к силовому мировому соглашению. Мне он сказал, что после отмены запрета на выезд Бруман просто сбежит в Москву и плакали мои деньги, как говорится. Мировое соглашение заключалось в том, что тело ссуды [$143 000: $140 000 — тело кредита, $3000 — возмещение за просроченные платежи, установленное судьей, поскольку изначальную пеню никто не учел] разбивается на 10 платежей и Бруман был обязан платить по $14 300 в месяц с сентября 2016 года. Про проценты по ссудам все забыли», — рассказал Гакенберг.

В решении также говорилось, что, если Бруман просрочит платеж или же заплатит меньше, то будет обязан выплатить 10% от общей суммы долга за «юридические расходы господина Гакенберга». Гакенберг говорит, что Бруман платил не вовремя и разными суммами, но тело долга так или иначе он выплатил.

Теперь же продолжаются баталии в том же израильском суде за те 10%, которые по условиям мирного соглашения Бруман обязан выплатить. 28 июня состоится следующее слушание по этому делу.

Сам ответчик убежден, что полностью рассчитался с Гакенбергом в соответствии с решением суда и никаких 10% не должен.

«Анатолий — нечистоплотный ростовщик, он звонил моей маме, невесте, бывшей жене, родителям жены, требовал, угрожал. Мне звонили от его имени люди и угрожали», — сообщил ForkLog Бруман.

Анатолий же, посмеявшись над этими словами, подчеркнул, что, если бы он и угрожал семье должника, то тому нужно было идти в полицию и сообщать о преступлении, поскольку такие угрозы могут быть уголовно наказуемыми. То, что Бруман не сообщил правоохранителям об этом, и вправду выглядит странно, как и в ситуации с предполагаемым подкупом судьи.

Заключение

Первичное предложение монет или ICO является радикально новым способом привлечения инвестиций. Бум ICO в 2017 году стал настоящим вызовом традиционному венчурному финансированию, поскольку эта концепция позволила людям с гениальными идеями, но без необходимого капитала, осуществлять их при поддержке розничных инвесторов.

Базовая идея в основе ICO — это свободное и прозрачное привлечение средств под реализацию различных проектов без долгих и уморительных переговоров с «большими кошельками» из венчурного бизнеса, которым для принятия решения в пользу нового проекта необходим не только работающий прототип, опыт команды, но и еще рентген мозжечка и анализ ДНК всех его основателей.

Кроме того, венчуры — это агрессивные предприниматели, их основная цель — не поддержать идею и двигать прогресс человечества, а получить как можно большую долю в будущей компании. ICO же в своем первозданном виде предполагает общие усилия всех сторон для того, чтобы решить конкретную проблему, оптимизировать определенные устаревшие процессы и просто сделать мир чуточку лучше.

Снимая розовые очки, стоит сказать, что концепция не сохранилась в этом первозданном виде и все же превратилась в очень крупный бизнес, в котором все происходит намного быстрее, чем в традиционных отраслях. Рынок и инвесторы руководствуются жадностью, что не обязательно вредит прогрессу, однако значительно искажает изначальную идею.

В том, что технологический прогресс теперь позволяет заработать не только крупным рыбам, но и среднестатистическим людям, нет ничего дурного. Напротив, это своего рода сдвиг литосферных плит в устоявшейся системе, хотя контролирующим органам это вряд ли нравится.

Так, государства традиционно защищают интересы состоятельных предпринимателей, которые затем щедро отстегивают круглые суммы на предвыборные кампании. Такова объективная реальность и изменить ее никто не в силах.

Некоторые воротилы видят в ICO еще один способ заработать денег, другие же считают, что индустрию надо побыстрее прикрыть, несмотря на перспективы, — от греха подальше.

Тем не менее, основным аргументом системы против концепции ICO является количество мошеннических схем, которые успешно маскируются под первичное предложение монет и обирают инвесторов до нитки, виртуозно манипулируя общественным мнением.

Более того, даже в том случае, когда организаторы ICO оказываются честными предприниматели и действительно намерены реализовать свой проект, средства инвесторов находятся под угрозой кражи хакерами, а юридическая защита инвестиций либо отсутствует вовсе, либо же слишком слабая, чтобы халатность предпринимателей в контексте мер безопасности стала достаточным основанием для возмещения убытков в суде.

Получается, что многие отличные проекты не появились бы без ICO, однако многие инвесторы сохранили бы сотни тысяч, а то и миллионы долларов, если бы ICO не существовало. “Все смешалось в доме Облонских”, но, вероятно, такова цена прогресса?

Главный вопрос заключается в том, сможет ли растущий масштаб мошеннических схем полностью дискредитировать концепцию ICO или же индустрия выработает антидот и очиститься от пораженных клеток. В любом случае, этот гипотетический антидот не сможет появиться без поддержки СМИ.

Илья Бруман и проект Minery намерены привлечь $40 млн в ходе ICO. При этом у инвесторов нет никаких гарантий насчет дальнейшего развития проекта.

Все мы должны просто поверить человеку, который «висит» кредиторам различных предприятий огромные деньги и чьи предпринимательские потуги неоднократно заканчивали банкротством.

«Я ничего не понимаю в ICO-индустрии, но хочу просто сделать доброе дело для всех тех людей, которые хотят вложить в Minery деньги. Подумайте дважды, прежде чем связываться с этим человеком», — подчеркнул Гакенберг.

Что можно сказать о человеке, который еще не расплатился с предыдущими долгами, но уже через два месяца намерен привлечь новые инвестиции? Можно сказать, что $40 млн для Брумана — это качественно новый уровень.

Дисклеймер

Издание ForkLog придерживается высоких журналистских стандартов и считает, что в любой конфликтной ситуации стороны имеют равное право быть услышанными.

Следуя нашим принципам, мы предоставили Илье Бруману возможность объясниться.

Подчеркнем, что только суд имеет право обвинять гражданина Брумана в совершении каких-либо преступлений.

Целью этого материала является информирование потенциальных инвесторов проекта Minery о деятельности его основателя в прошлом.


	Новости компаний	Добавить новость

Для NPBFX 2025 год рекордов и проверок на прочность: чем запомнился уходящий год

Для трейдеров 2025 год стал одним из самых сложных за последние годы, и форекс-брокеру NPBFX пришлось работать в условиях постоянно растущего рыночного давления. Повышенная волатильность, перегретые ожидания, череда громких банкротств в...

Опубликовано: 2 месяца назад